Мой субботник

Надел я, значит, старые джинсы, приладил к телефону наушники и отправился делать добрые дела. Никаким координаторам, конечно, и в мыслях звонить не было, а, тем более, куда-то там ехать за инвентарем и перчатками. Так что полноценным участником сего движения считаться я, конечно, недостоин. Так, отсебятина просто какая-то.

Прошел мимо новосельцев. Музыка играет, солнышко светит. Субботнее утро. Дай думаю, осмотрю фронт работы. На площадке за входом, перед оградой выкопали траншею. Что там ремонтируют, не знаю, но плитку сняли. Сомневаюсь, что назад будут укладывать. А дальше — листья прошлогодние вперемешку с самым что ни на есть спортивным мусором — бутылками да пластиковыми стаканами.

Решил пройтись вдоль беговой дорожки. Там есть одно место между оградой и трибуной,  мне его даже приходилось стороной миновать, на внутренний круг переходить, настолько оно засыпано. Я, честно говоря, планировал именно оттуда всю дрянь вынести. Гляжу — а уже кто-то до меня постарался. Ничего себе думаю, тимуровцы!

Прошелся по кругу. Действительно — большая часть мусора исчезла. Не весь, конечно, но на внешней дорожке бутылок почти не видать. Вернулся на исходную — к траншее. Решил — начну отсюда, а там видно будет.

Начало

Когда трофеев набралось целый мешок, я осознал, что совершенно не представляю, что со всем этим богатством делать дальше. Более того — я понял, что мои опасения насчет того, что кто-то уже сделал за меня все, совершенно беспочвенны. На несколько погонных метров подзаборной кучи ушло примерно полчаса времени и, как я уже написал, стодвадцатилитровый пластиковый мешок. Мешок этот, распираемый изнутри пластиковыми бутылками и продырявливаемый битыми стеклянными горлышками,  все норовил развалиться, как только я выпускал его из рук.

Пришлось идти домой. Дома я нашел  садовый трезубец и вязальную проволоку, какой обычно подвязывают на грядке цветы. Знаете, зеленая такая, в хозяйственных продается? Заодно оставил ветровку. Чтобы было немного веселее, прихватил  в холодильнике сосиску и отправился обратно.

Закончив с первым мешком, решил пройтись по трибунам. Сверху, когда я поднялся на первый сектор, оказалось, что мои предшественники оказались не столь уж прилежными уборщиками. То там, то здесь из-под изломанных полусгнивших деревянных  брусьев, которые когда-то были синими, красными и желтыми лавочками для болельщиков, торчали донышки и горлышки стеклянных бутылок.  Тут же, где измятые и одинокие, а где — заболиво собранные в дружные стопки, валялись прозрачные или молочно-белые пластиковые стаканы. А в одном месте  обнаружился  даже мобильный телефон.

Поглядывая по сторонам, я заметил, что народу вокруг прибавилось. На главном секторе появились несколько мальчишек в футбольной форме. А чуть погодя я увидел мужчину возраста немного постарше среднего. Он что-то говорил мне, но в наушниках я ничего не мог услыхать. Пришлось снять перчатки, подойти к нему. На удивление — дядька попросил у меня мешок, который передал своим, как потом оказалось, воспитанникам. И пацаны, ожидая, пока подтянется вся остальная  команда, быстро пронеслись по своему сектору. Я просто умилился от такого поворота событий, и силы мои утроились.

 Дети отправились играть в футбол, убранный ими сектор заняли их родители, которые пришли поболеть за своих юных спортсменов. А я неспешно продвигался дальше по часовой стрелке, постепенно наполняя мешки и с энтузиазмом поглядывая в ту сторону, где лавочек на бетонных террасах трибун не осталось совсем.

Там, насколько я мог оценить своим зрением, ситуация была получше. Впрочем, черт меня дернул подняться на самое верхнее кольцо, и на верхнем кольце мой оптимизм несколько поугас. Там были настоящие склады. Зато мне довелось увидеть нечто необычное. Я конечно, мог предположить, что пляжный сезон кое-кто уже открыл. Но это что касается купания. А вот то, что уже пора загорать — к такой мысли пока что готов не был.

День близился к полудню. Солнце поднималось, дети играли в футбол. Мамаши катали коляски. Я, обошел трибуны по часовой стрелке до выхода на малое поле, которое мы в детстве называли тырсой. Тырсой — потому что, в отличие от основного  травяного, на котором тогда проводили лишь официальные матчи, тренировочное было усыпано опилками и доступно всем желающим попинать мяч.

Здесь ко мне подошел еще один человек, который перед тем бродил вокруг поля с несколькими женщинами и ребятишками. И тоже попросил мешок. Сказал, что будет убирать за детьми. Ну, хорошо. Я оторвал ему голубую ленту, и он вернулся к своей компании.

Оставалось несколько секторов с противоположной стороны. К счастью, они оказались самыми чистыми из всех, и я справился с ними быстро. В итоге мои трофеи выстроились небесно-голубой очередью вслед  за первым мешком, оставленным утром.

За зданием Дома спорта, когда ходил по секторам, я обнаружил свалку строительного мусора. Туда и перенес все свои пакеты в надежде, что их не порвут собаки, бомжи или просто идиоты из соседних многоэтажек. И весь этот скарб не разнесется вновь по округе. Отнес и пошел домой.

One thought on “Мой субботник

  1. Pingback: Всё могут депутаты? | МЫСЛИ И ВСЕ ТАКОЕ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *